«Светофор» или «Стоп-сигнал»? В Германии началась самая трудная фаза коалиционных переговоров

В конце октября три партии, участвующие в переговорах о формировании новой правящей коалиции в Германии — СДПГ, «Союз 90/Зелёные» и СВДП согласовали базовые принципы, которые лягут в фундамент политики будущего правительства. Теперь настал черед для обсуждения деталей объединенной политической программы и распределения мест в будущем кабинете. Эта часть переговоров — наиболее трудная, и её успех далеко не предрешен.

Наиболее вероятный кандидат на пост канцлера — неформальный лидер социал-демократов и министр финансов в нынешнем правительстве Олаф Шольц, публично пообещал, что переговоры о формировании нового правительства Германии планируется закончить «к Рождеству». Оправдан ли подобный оптимизм – вопрос открытый. В последние недели предвыборной кампании Шольц сумел совершить сенсационный рывок и привлечь на свою сторону наибольшее число немецких избирателей. Вопреки многим прогнозам, СДПГ (25,7 процента голосов) обошла ХДС/ХСС (24,1 процента) в ходе предвыборной гонки. Третья партия, потенциально боровшаяся за первенство, «Союз 90/Зелёные», пала жертвой неготовности своего кандидата, Анналены Бербок, к жестким реалиям публичной политической борьбы. В результате, «зеленым» не удалось получить даже половину тех голосов, на которые, согласно опросам, они могли рассчитывать еще весной.

Хотя окончательный разрыв между СДПГ и ХДС/ХСС оказался не столь значителен, первое место, а также политическая катастрофа консерваторов, получивших наименьше число голосов с 1949 года, позволили социал-демократам занять позицию силы, выбирающей партнеров по коалиции. Как и предполагали многие наблюдатели, СДПГ, многие члены которой «сыты по горло» многолетним вынужденным мезальянсом с ХДС/ХСС, выбрала вариант «светофорной» (по партийным цветам) коалиции. Предложение сформировать новое правительство поступило «Зеленым» и «Свободным демократам» из СВДП. Такой выбор помимо прочего, обусловлен успешной совместной работой трех партий на земельном уровне.

«Зеленые» деморализованы неудачным для них исходом народного волеизъявления. Провал подававшей большие надежды Бербок, вызвал, по- началу, столь глубокое разочарование в рядах ее однопартийцев, что место главного переговорщика по вопросу формирования властной коалиции было передано ее более опытному коллеге, сопредседателю «зеленых» Роберту Хабеку. Предполагалось даже, что именно Хабек может занять пост вице-канцлера. Вместе с тем, партия сохранила за собой место «делателя королей», политической силы, которая способна сыграть решающую роль в определении партийного состава будущего правительства Германии.

Наконец, СВДП предпочла сделать ставку на номинального победителя – социал-демократов. В ходе предвыборной кампании, председатель партии, Кристиан Линдер поставил своей целью «обязательное попадание в правительство» и в зависимости от колебаний рейтингов ведущих партий делал реверансы в сторону каждого из возможных вариантов».Теперь, как представляется, он пришел к выводу, что вследствие очевидного личного провала, лидер ХДС/ХСС Армин Лашет утратил не только перспективы претендовать на пост канцлера. Под вопросом оказалась вся его дальнейшая политическая карьера. И сейчас консерваторам явно не до борьбы за места в правительстве – все силы брошены на скорейшее преодоление охватившего партию глубокого кризиса идентичности.

Тем не менее, переговоры о формировании правящей коалиции ФРГ обещают быть очень непростыми. Для начала следует вспомнить, что с 1949 года в истории послевоенной Германии не было правительства, состоящего из представителей трех партий.

Позиции Шольца осложняет отсутствие руководящего поста в партии, которая выдвинула его кандидатом в канцлеры. Во главе СДПГ до недавнего времени стояли люди, взгляды которых значительно «левее» консервативной платформы самого претендента в преемники Меркель. Избирателей мало волновали внутрипартийные идеологические разногласия СДПГ, однако теперь, когда пришла пора делить портфели в будущем правительстве, они способны стать камнем преткновения.

При наихудшем сценарии, может возникнуть два центра власти: один в канцелярии Шольца, другой – в руководстве ведущей партии правительственной коалиции. В партии хорошо понимают такую угрозу. В ноябре было объявлено, что вместо «левака» Норберта Вальтера-Борьянса (Norbert Walter-Borjans) место сопредседателя займет нынешний генсек СДПГ 43-летний Ларс Клингбайль (Lars Klingbeil), чьи взгляды по многим вопросам ближе к позиции Шольца. И которого, помимо прочего, называют главным архитектором успеха социал-демократов, сумевшим объединить полярные точки зрения для достижения победы.

Важный вопрос состоит в том, находятся ли «ключи» от успешного исхода коалиционных переговоров у «малых» партий, или в руках СДПГ? «Зеленые» и либералы впервые получили возможность сыграть решающую роль в формировании правительства. «Они понимают, что у СДПГ и ХДС/ХСС остаётся только одна альтернатива взаимодействию с ними – очередная большая коалиция, которую их руководство «поклялось» в третий раз подряд не создавать». Вместе с тем, «любая новая правительственная коалиция будет построена на компромиссах». «И любой коалиции предстоит продолжить политику двойного перехода в условиях уже сформированной климатической повестки. Альтернативы ей нет. Нюансы будут в инструментарии по наполнению её дальнейшим содержанием», — отмечает В. Белов из Института Европы РАН.

В первую очередь, идёт ожесточенная закулисная борьба за пост министра финансов – де-факто, второго по значимости, после должности Канцлера. В ходе предвыборной кампании, лидер СВДП неоднократно прямо заявлял о своем желании возглавить Минфин. Наблюдатели отмечают, что подобные амбиции особенно обескураживают, если вспомнить, что Линднер никогда не работал ни в бизнесе, ни в финансовой сфере. Он также не имеет и опыта работы на высоких правительственных постах. В то же время, его основной потенциальный соперник в борьбе за эту должность, «зеленый» Роберт Хабек, занимал должности министра и заместителя премьер-министра в органах власти земли Шлезвиг-Гольштейн.

«Зеленые» намерены побороться также за посты вице-канцлера и министра иностранных дел. Среди всех трех потенциальных участников правящей коалиции партия отличается наиболее жесткой позицией в отношении Москвы и Пекина. Весьма существенны идеологические расхождения между участниками будущей коалиции и по другим принципиальным вопросам внешней политики. Шольц, в частности, критикует Соединенные Штаты за желание развязать новую «холодную войну» и заставить Евросоюз отказаться от взаимовыгодных связей с Пекином. В то время как «Зеленые», напротив, слывут «идеологическими сторонниками Вашингтона».

Шольц не имеет значительного опыта во внешней политике. То же самое касается и его партнеров по переговорам – Бербок и Линдера. Вместе с тем, положение Шольца как действующего министра финансов позволило покидающей свой пост Ангеле Меркель «представить» его мировым лидерам в качестве наиболее вероятного будущего главы немецкого правительства в ходе прошедшего саммита «Большой двадцатки» в Риме.

После объявленного в середине октября завершения первоначальной фазы переговоров, немецкие наблюдатели поспешили констатировать, что все три потенциальных участника будущей коалиции убедились в наличии достаточно широкой общей повестки, на основе которой они могут попытаться сформировать устойчивое правительство. Нынешний этап переговоров стартовал 21 октября. Участники сформировали 22 рабочие группы, которые, согласно первоначальному плану, должны были к 10 ноября подготовить проекты программных документов по ключевым направлениям политики будущего кабинета. При этом распространились «утечки» о предпочтениях партий при распределении министерских портфелей.

Однако уже к началу ноября стало появляться всё больше свидетельств нарастающих противоречий. Сперва, представляющий «зеленых» министр транспорта земли Баден-Вюртемберг Винфрид Херман заявил в интервью Süddeutsche Zeitung, что имеющаяся у него информация о ходе консультаций «звучит не очень хорошо». Затем уже исполнительный секретарь «зеленых» Михаэль Кельнер дал понять, что обстановка в ходе коалиционных переговоров становится всё более напряженной. Херман полагает, «что лучше продлить переговоры на несколько дней, чем довольствоваться «плохими компромиссами и размытыми формулировками в коалиционном соглашении»». «Думаю, что все стороны должны осознать: если мы в ближайшие дни не достигнем единства по вопросам защиты климата, то будет угроза перевыборов».

11 ноября все рабочие группы представили подготовленные предварительные соглашения на рассмотрение экспертов каждой из политических сил, участвующих в переговорах. Однако уже 12 ноября один из сопредседателей «зеленых», Роберт Хабек, заявил, что будущее правительство Германии должно стать «климатическим», и четко обозначить свою приверженность борьбе за удержание роста глобальных температур до 2100 года в пределах 1,5 градусов Цельсия от доиндустриального уровня. Как это предусмотрено Парижским соглашением. «Если мы не сможем включить пункт о 1,5 градусах в качестве одного из краеугольных камней нашего соглашения, то это будет означать провал коалиционных переговоров», — подчеркнул Хабек. По данным СМИ, стороны пытаются изыскать дополнительные 50 млрд. евро в год, которые, в течение следующего десятилетия, должны будут пойти на ускорение «зеленого» перехода и декарбонизацию немецкой экономики.

Между тем, отмечает «Немецкая волна», финансовые резервы властей на исходе. А резкий всплеск заболеваемости коронавирусом в ФРГ вынуждает трех потенциальных участников будущего правительства действовать еще до оформления формальной коалиции. 8 ноября члены Бундестага от СДПГ, «Зеленых» и СВДП объявили, что работают над законопроектом о первоочередных мерах, призванных подстегнуть усилия государства в борьбе с пандемией.

Ряда «щекотливых» тем, по данным немецких СМИ, переговорщики и вовсе пока стараются избегать. Lenta.ru со ссылкой на немецкий Der Spiegel сообщает, что СПДГ и «зеленые» «разошлись во мнениях по России». В начале октября Берлин «временно отложил вопрос о реализации проекта «Северный поток-2». По данным того же Spiegel, участники консультаций о формировании правительства обсуждают включение в коалиционный договор пункта, вводящего «запрет на строительство новых газопроводов, чтобы повысить независимость энергоснабжения ФРГ». Вместе с тем, побывавший недавно в России экс-председатель Европарламента и кандидат в канцлеры ФРГ от СДПГ Мартин Шульц ожидает «определенной преемственности в политике Германии в отношении России».

В настоящий момент, многие немцы задаются вопросом о том, способны ли участники переговоров стать подлинной «коалицией будущего»? С одной стороны, всплеск симпатий электората ФРГ к Шольцу обозначил потребность значительной части общества в стабильности и предсказуемости. Не имея больше возможности голосовать за Меркель, немцы выразили поддержку министру финансов из её правительства – второму по значимости политику действующего кабинета. Этот сигнал политическому классу Германии, по-видимому, состоит в том, что население заинтересовано в сохранении преемственности, по крайней мере, в социально-экономических вопросах.

С другой стороны, произошел значительный «переток» избирателей от СДПГ к «зеленым» и СВДП. Не такой ошеломляющий, как в случае ХДС/ХСС, однако достаточный, чтобы обозначить «запрос на перемены». В конечном же итоге, рост общественно-политических противоречий в немецком обществе лишь усилил фрагментацию политического пространства страны.

Какие сигналы будет подавать Германии, Европе и всему миру будущий берлинский «светофор»? Этого сейчас, похоже, не знает никто.

Андрей Кадомцев, политолог

Читайте также:

Всеобщая мобилизация в октябре? Ждать ли новые волны призыва? Принял ли Путин решение объявить полную мобилизацию? Новые подробности

«Проба пера» состоялась: США готовят теракты на российской территории

Бесцветная мировая революция свершилась