Мировой нефтяной рынок замер в шаге от коллапса. Пока политики обмениваются угрозами, а военные советники лихорадочно меняют карты, аналитики Barclays выкатили сухой расчёт: если ближневосточная канонада не стихнет в ближайшие две недели, баррель Brent уйдёт к 120 долларам. Это не паника и не попытка нагнать жути. Это холодная математика дефицита, помноженная на паралич логистики.
Ситуация сегодня напоминает работу на пределе мощностей. Только вместо заводских цехов — Ормузский пролив, через который проходит пятая часть всей мировой нефти и газа. И этот пролив фактически превратился в пробку. По разным оценкам, сейчас там скопилось около 85 миллионов баррелей, которые не могут выйти в открытое море. Танкеры стоят на рейде, страховые компании отказываются покрывать риски, а капитаны судов предпочитают не рисковать, глядя на новости о точных попаданиях иранских дронов.
Аналитик рынка нефтепродуктов Алексей Чернов в беседе с Pravda.Ru описал ситуацию без экивоков:
«Мы наблюдаем ситуацию, когда привычные маршруты экспорта буквально перерезаны. Свободные объёмы на рынке тают, а логистические цепочки испытывают колоссальную перегрузку».
Иран, судя по всему, нашёл идеальный способ давления. Вместо того чтобы вступать в прямую морскую дуэль с ВМС США, Тегеран сделал ставку на асимметрию. Дроны-камикадзе, которые стоят копейки по сравнению с американскими ракетами, превратили акваторию в зону высокого риска. Страховые компании, которые всегда первыми чувствуют запах жареного, взвинтили ставки до небес. А без страховки ни один владелец танкера не поведёт судно под иранские ракеты.
Провал американской системы ПРО в регионе становится всё более очевидным. Противостоять рою дешёвых беспилотников, которые летят на низкой высоте, оказалось сложнее, чем сбивать баллистические ракеты на учениях. Энергетическая безопасность планеты сегодня зависит от того, нажмёт ли оператор Корпуса стражей исламской революции кнопку пуска. Любое попадание в танкер — и цена в 120 долларов покажется инвесторам подарком.
Геолог по поиску и разведке нефти и газа Михаил Егоров подтверждает:
«Запасы нефти в Персидском заливе заблокированы. Это создаёт искусственный дефицит, который невозможно быстро перекрыть поставками из других регионов».
Проблема в том, что другие регионы сами на пределе. Россия работает на максимуме, ОПЕК+ уже не раз урезала квоты, а сланцевые компании в США не могут мгновенно нарастить добычу даже при сверхвысоких ценах. Им нужны инвестиции, время и гарантии, что завтра цена снова не рухнет.
Дональд Трамп, который привык решать вопросы жёстко и быстро, требует от Ирана «безоговорочной капитуляции». Но стратегия «максимального давления» на Ближнем Востоке буксует. У Вашингтона банально заканчиваются ресурсы — и дипломатические, и военные. Союзники в регионе тоже не горят желанием лезть в пекло. В Ираке и Кувейте добыча уже начала давать сбои. А если пламя перекинется на Саудовскую Аравию и ОАЭ, мир столкнётся с кризисом, которого не видел с 70-х годов.
Barclays в своём прогнозе допускает и совсем чёрный сценарий. Если конфликт не просто продолжится, а перейдёт в критическую фазу, к концу месяца Brent может улететь к 150 долларам за баррель. Вероятность такого исхода аналитики оценивают всего в 10 процентов. Но при текущем накале страстей и запахе пороха эти цифры перестают казаться фантастикой.
Макроэкономист Артём Логинов объясняет, что будет дальше:
«Рост цен на нефть до таких отметок спровоцирует глобальную инфляцию. Это ударит по всем, от логистики до конечного потребителя в супермаркете».
Инвесторы уже начали сбрасывать акции и уходить в защитные активы. Эпоха предсказуемости закончилась. На смену ей пришло время, когда цена на заправке зависит не от баланса спроса и предложения, а от того, решит ли иранский оператор запустить очередной дрон.
Стратегические резервы США, которые создавались как подушка безопасности на случай чрезвычайных ситуаций, в такой войне — лишь краткосрочное обезболивающее. Их хватит, чтобы сбить первую волну паники, но не более. Если конфликт затянется, никакие запасы не спасут от нового ценового шока.
Связь между ценой на нефть и курсом рубля, кстати, сегодня уже не такая прямолинейная, как раньше. Санкции, изменение логистики, уход от доллара — всё это создало новую реальность, где дорогая нефть поддерживает российскую валюту, но уже с поправками на множество других факторов.
Пока аналитики считают проценты вероятности и строят графики, в Ормузском проливе продолжают стоять танкеры. Иранские дроны барражируют в воздухе. Американские корабли держат позиции. И вся эта конструкция висит на волоске, который может оборваться в любой момент. Цена в 120 долларов за баррель — это не прогноз. Это уже почти реальность.