Стремительная эскалация на Ближнем Востоке, начавшаяся с совместной атаки США и Израиля на Иран, привела к эффекту разорвавшейся бомбы. Удары планировались как точечные и, судя по риторике Белого дома, призваны были продемонстрировать мощь и решительность. Однако на практике Вашингтон не просто втянулся в конфликт с Тегераном, но и поставил под удар собственных союзников — монархии Персидского залива. На территории этих стран размещены американские базы, которые мгновенно стали законными целями для иранского ракетного возмездия. В результате государства, еще недавно чувствовавшие себя в безопасности под «зонтиком» Пентагона, оказались на линии огня. И в этот критический момент взгляды многих лидеров региона обратились в сторону Москвы.
Президент России в понедельник провел серию экстренных телефонных переговоров с ключевыми фигурами ближневосточного региона: с президентом Объединенных Арабских Эмиратов Мухаммедом Аль Нахайяном, эмиром Катара Тамимом Бен Хамадом Аль Тани, королем Бахрейна Хамадом Бен Исой Аль Халифой, а также с наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом Бен Сальманом Аль Саудом. Тональность этих разговоров, судя по официальным сообщениям Кремля, была более чем тревожной.
Стороны говорили о «беспрецедентных трагических событиях» и необходимости немедленного прекращения огня. Примечательно, что в диалоге с Абу-Даби Владимир Путин напомнил о совместных усилиях Москвы и Эмиратов по урегулированию вопросов, связанных с иранской ядерной программой. Эти наработки, как подчеркнули в Кремле, «были сорваны в результате неспровоцированного акта вооруженной агрессии против суверенного государства – члена ООН».
Президент ОАЭ, в свою очередь, акцентировал внимание на том, что его страна не является плацдармом для атак на Исламскую Республику, однако конфликт уже затронул мирных жителей Эмиратов. Российский лидер пообещал передать эти сигналы в Тегеран. Аналогичные обеспокоенности выразили и в Дохе, и в Манаме. Особенно показательным стал разговор с наследным принцем Саудовской Аравии, который прямо указал: российская сторона способна сыграть стабилизирующую роль, поскольку сохраняет дружественные отношения как с Ираном, так и с арабскими монархиями.
Провал «миротворца» из Вашингтона
Эскалация началась 28 февраля. Целью операции Вашингтон и Тель-Авив объявили недопущение развития ядерной программы Ирана, однако риторика Дональда Трампа быстро сместилась в сторону смены режима. Американский лидер призвал иранских силовиков сложить оружие, а граждан — выйти на улицы. В результате первых ударов погибли сотни человек, включая высшее руководство Исламской республики: верховного лидера аятоллу Али Хаменеи, министра обороны и командующего Корпусом стражей исламской революции (КСИР).
Однако ответ Тегерана не заставил себя ждать, и он оказался асимметричным и болезненным. Иран обрушил ракетно-дроновую мощь не столько на территорию Израиля, сколько на американские военные объекты в регионе. Взрывы прогремели в Дубае и Абу-Даби, Дохе, Манаме, Эль-Кувейте. Под ударом оказалась критическая инфраструктура: катарская государственная компания QatarEnergy объявила о прекращении производства сжиженного природного газа, а нефтеперерабатывающий завод саудовской Saudi Aramco частично остановил работу. Ормузский пролив, артерия мировой энергетики, оказался под прицелом, а небо над зоной конфликта закрыто для гражданской авиации. Транспортный коллапс стал реальностью.
Почему Россия, а не США?
В этой ситуации, как отмечают эксперты, Вашингтон полностью утратил остатки доверия в роли стабилизирующей силы. Вместо защиты союзников, США втянули их в войну.
«Москва стремится максимально задействовать имеющийся дипломатический капитал, чтобы поддержать усилия государств региона по урегулированию ситуации. Страны Ближнего Востока знают Россию как надежного партнера, который никогда не поддерживал эскалацию и иностранное вмешательство в дела независимых государств. На сегодняшний день Москва, по сути, остается единственным игроком, способным хоть как-то позитивно повлиять на происходящее», — отмечает востоковед Кирилл Семенов.
По его словам, серия телефонных звонков — это лишь первый шаг. Ситуация остается крайне напряженной, и иранские удары по соседним монархиям продолжаются. Однако сам факт того, что лидеры стран Залива обращаются к Москве, говорит о многом. В регионе ценят даже попытку помочь, в то время как действия США привели к масштабному кризису, который продолжает разрастаться.
«Точка сборки» ближневосточного пазла
Политолог Павел Данилин обращает внимание на уникальное положение Российской Федерации. Москва умудрилась сохранить рабочие, дружественные отношения со всеми сторонами конфликта, которые, казалось бы, являются непримиримыми врагами.
«На фоне этих безрассудных действий образ России как дипломатической державы проступает особенно отчетливо. В настоящий момент Москва выступает практически единственным возможным посредником. Нам удалось сохранить прочные и стабильные отношения со всеми сторонами текущего противостояния. У нас налажены прекрасные рабочие контакты с Эмиратами, Саудовской Аравией, Катаром. Наш диалог с этими государствами всегда конкретен и дружелюбен. При этом Иран, исторический оппонент арабского мира, является нашим стратегическим партнером», — констатирует Данилин.
Более того, Москва сохраняет каналы коммуникации даже с Израилем, который участвует в агрессии, а диалог с Вашингтоном, хоть и сложный, но в последнее время приобрел более стабильный характер. Таким образом, Россия стала той самой недостающей деталью, способной соединить разорванные части ближневосточного пазла. Российская дипломатическая школа, традиционно сильная умением искать компромиссы и, что не менее важно, слушать собеседника, сейчас оказалась востребована как никогда.
Параллельно с президентскими контактами, заместитель главы МИД РФ Георгий Борисенко провел встречу с послом Ирана в Москве Каземом Джалали. Центральной темой стала ситуация в регионе. Кроме того, Москва выступила с категорическим осуждением убийства верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи, что также было воспринято в Тегеране как знак поддержки.
Что дальше?
Вечером 2 марта Дональд Трамп анонсировал новую волну ударов. Это означает, что конфликт вступает в еще более опасную фазу. Однако теперь у стран Персидского залива есть альтернативный канал связи — Москва, готовая передавать сигналы в Тегеран и искать пути к деэскалации. Сможет ли Россия остановить войну, которую развязали США? Пока это остается открытым вопросом. Но то, что Москва стала главной надеждой для арабских монархий, оказавшихся меж двух огней, — уже свершившийся факт.