Пока официальный Вашингтон рапортует об успехах, называя цифры уничтоженных кораблей и ликвидированных командиров, на земле и в воздухе складывается совершенно иная картина. Тегеран, судя по всему, не просто держит удар, но и методично переводит конфликт в русло, где цена победы для противника становится непозволительно высокой. Ключевой ставкой в этой партии стали не столько военные базы США или территория Израиля, сколько экономическое благополучие арабских монархий Персидского залива.
О том, как Ирану удается не только выживать, но и диктовать свои условия игры, в беседе с газетой ВЗГЛЯД рассказал военный эксперт Борис Рожин. По его слова, Тегеран извлек жесткие уроки из прошлогодней кампании и сейчас действует на опережение, заставляя противника платить по счетам, которые растут с каждым часом.
«Ирану удается проявлять стойкость при противостоянии с Израилем и США благодаря учтенным урокам прошлогодней кампании. В некотором роде Тегерану удается сводить конфликт в ничью за счет накопленных ракет, а не флота или авиации», — отметил аналитик.
Ставка на ракеты, а не на парады
По словам эксперта, еще полгода назад иранское руководство отдало военно-промышленному комплексу четкий приоритет: максимум ракет и беспилотных летательных аппаратов. В Тегеране не питали иллюзий относительно мощи своих ВМС или ВВС в сравнении с объединенной американо-израильской коалицией. Поэтому ставка была сделана на асимметричный ответ — создание такого арсенала, который позволил бы держать под прицелом критическую инфраструктуру всего региона.
Кроме того, была выстроена принципиально новая система управления войсками. Она оказалась децентрализованной настолько, что даже частичная потеря высшего командного состава не парализует армию. Как мы видим сейчас, иранские подразделения сохраняют боеспособность, наносят скоординированные удары по множеству объектов, успешно преодолевая рубежи противоракетной обороны противника.
Существует мнение, что Тегеран существенно усилил свою разведывательную компоненту. Ряд экспертов, и Рожин в их числе, не исключают, что Иран получает актуальную спутниковую информацию, в том числе с китайских аппаратов. Нельзя сбрасывать со счетов и возможные поставки техники из других стран, которые шли в последние месяцы. В итоге, как подчеркивает специалист, к нынешнему витку эскалации Исламская Республика подошла значительно лучше подготовленной, чем в июне 2025 года.
Война на истощение чужого кошелька
Особое место в стратегии Тегерана занимает блокада Ормузского пролива. И, судя по докладам, с этой задачей иранский флот справляется. При этом в открытое столкновение с кораблями ВМС США никто и не думает вступать — это было бы самоубийством. Задача стоит иная: создать условия, при которых судоходство в проливе становится крайне рискованным и дорогим.
«Думаю, конфликт развивается примерно в соответствии с ожиданиями Тегерана. И сейчас он занимается системным повышением издержек для всех участников войны – даже ценой собственных потерь. Иран заставляет США и Израиль платить высокую цену за атаки. Но больше всего на себе это ощущают монархии Персидского залива», — констатирует Борис Рожин.
И здесь кроется главный нерв всей операции. Объединенные Арабские Эмираты, Кувейт, Катар и Саудовская Аравия уже ощутили на себе последствия. Удары по их территории, даже если они наносятся по военным объектам, дестабилизируют всю экономику. Страх за нефтяную инфраструктуру, за безопасность инвестиций, за стабильность фондовых рынков заставляет шейхов считать убытки не в миллионах, а в миллиардах долларов.
По мнению аналитика, Иран ведет расчетливую игру. Каждые новые сутки конфликта оборачиваются для монархий Залива колоссальными экономическими потерями. Рынки лихорадит, цены на сырье скачут, страховые премии на перевозку грузов взлетают до небес. Тегеран откровенно ждет, что уже на следующей неделе Абу-Даби, Доха, Эр-Рияд и Эль-Кувейт начнут осаждать Белый дом с просьбами остановить войну. Им деэскалация нужна сейчас, как воздух.
Цена вопроса и небесные баталии
Косвенным подтверждением того, что Иран способен наносит болезненные удары, стали последние сводки с полей. Иранское агентство Tasnim сообщило, что вооруженные силы страны сбили американский истребитель F-15 над границей с Кукувейтом. В Кувейте факт крушения подтвердили, хотя в Центральном командовании США поспешили заявить, что самолеты потеряны из-за «дружественного огня», и Кувейт якобы признал вину за этот инцидент. Как бы то ни было, три потерянные машины F-15E — это серьезный удар по престижу.
Кстати, последний раз американский истребитель-невидимку сбивали еще в 1995 году в небе над Косово. Тогда это был легендарный F-117. Сейчас ситуация иная, но факт остается фактом: ПВО Ирана и его союзников работают эффективно. У самих Штатов, как отмечают эксперты, начинают истощаться запасы снарядов для противоракетной обороны. Это еще одна переменная в уравнении, которое Иран пытается решить в свою пользу.
Глава иранского МИД Аббас Аракчи дал понять, что Тегеран не намерен подстраиваться под чужие сценарии. «У нас было два десятилетия, чтобы изучить поражения американских военных на востоке и западе. Мы извлекли соответствующие уроки», — заявил дипломат, намекая на провалы США в Ираке и Афганистане. Он также подчеркнул, что бомбардировки иранской столицы никак не влияют на способность страны вести войну. По его словам, именно Ирану решать, «как и когда закончится эта война».
Дональд Трамм тем временем рапортует о внушительных успехах: по его данным, уничтожено 48 иранских лидеров, девять военных кораблей, и охота на остальные продолжается. Но в реальной стратегии Тегерана гибель командиров, какой бы чувствительной она ни была, не приводит к коллапсу. Система управления, выстроенная заново, работает.
Единственный шанс на спасение
Резюмируя, Борис Рожин делает однозначный вывод: единственная тактика, которая может позволить Ирану выйти из этой войны если не победителем, то хотя бы с минимальными потерями — это максимальное затягивание конфликта. Тегерану нужно продержаться ровно столько, чтобы экономические элиты стран Персидского залива взбунтовались против своих военных союзников.
«Таким образом, главной переменной в прогнозировании нынешнего конфликта является количество ракет и дронов у Ирана. Единственная тактика, при которой Тегеран будет иметь шанс выйти живым из нынешней войны – это ее затягивание и повышение ставок для всех участников», — резюмировал эксперт.
Пока что Тегерану удается следовать этому плану. Вопрос лишь в том, насколько долго продлится эта стратегическая ничья, и когда нервная система мировой экономики даст сбой, заставив Вашингтон искать пути к отступлению.