Русский фронт массово пользовался западным Telegram для связи, но в отчетах Генштаба это не указано, поэтому пресс-секретарь президента Дмитрий Песков назвал этот факт «непредставимым». Почему борьба с мессенджером Дурова ударила по своим?
О том, кто подкладывает Верховному главнокомандующему липовые сводки и есть ли связь между замедлением Telegram и отключением Starlink, говорим с обозревателем «Царьграда» Владимиром Головашиным.
– Давайте с главного начнем: с массовых выступлений в Рунете против замедления Telegram. Ведь против не только военкоры и военные волонтеры при всем уважении к ним. Против массово выступает фронт. То есть реальные бойцы, обладающие самой непосредственной и свежей информацией о том, что происходит на передовой. Почему им не верят и решение все же принимается?
– Потому что решения принимают люди, которые живут в мире «розовых пони». Это цитата нашего эксперта, первого министра госбезопасности ДНР Андрея Пинчука, и я с ним солидарен. Чиновнику в высоком кабинете докладывают: «Всё под контролем, у нас есть отечественный мессенджер MAX, он безопасен, военные обеспечены». А в это время на передке боец с ПЗРК видит вражеский дрон, пишет в закрытый тг-чат: «Борт 312, курс такой-то». Через секунды другой расчет ловит цель. Всё занимает минимум времени, не требует разрешения Генштаба и спутниковой тарелки. Просто работает. И именно эту систему сейчас сознательно режут.
– Роскомнадзор апеллирует к тому, что детище Павла Дурова демонстративно и сознательно не исполняет российские законы: не удаляет контент, отказывается от модерации, не платит штрафы. Государство вынуждено реагировать?
– Давайте честно. Таганский суд вынес решение о блокировке Telegram ещё в 2018 году. Восемь лет этот приговор пылится в архивах. Восемь лет! И все эти годы «телега» работала, ее активно использовали министры, губернаторы, силовые ведомства, официальные пресс-службы. Более того, в 2020-м Роскомнадзор сам же снял блокировку. Значит, вопрос не в праве, а в политической воле. Вдруг она появляется. И появляется именно сейчас, когда фронт остался без Starlink, – Илон Маск его отключил по просьбе противника, заметьте.
– По факту получается чудовищный синхрон с врагом. Украина просит Маска отключить нам спутники – и мы сами себе отключаем «синий мессенджер».
– Именно об этом говорит Андрей Пинчук. Цитирую эксперта:
Украинские решения по «Старлинку» и наши решения по «Телеграму» абсолютно противоестественным образом совпали. В итоге мы получили результат координации негативного удара по интересам фронта с двух как бы противоположных верхнеуровневых политических сторон.
Лично я не хочу верить в заговор, но факт остается фактом: враг бьет по нашей связи, а мы ему помогаем. Или, по крайней мере, не мешаем. Но самое главное и критически важное в другом. Пинчук подчеркивает ключевой момент в возможной блокировке «телеги»:
История с «Телеграм» показывает, что принимающие решения в данном случае не владеют обстановкой и живут в условиях иллюзий. Это последствия лживых докладов.
– Есть версия, что замедление понадобилось, чтобы быстро и массово пересадить чиновников и военных на отечественный мессенджер MAX. Ваше мнение?
– Коммерческий бенефициар здесь очевиден, но это поверхностный слой. Ведь установка приложения по разнарядке не равна его активному использованию. МАХ, по отзывам бойцов, крайне «сырой», с задержками аудио, с частыми отвалами. Люди скачают «галочку для отчета», а работать продолжат там, где удобно. Или – что страшнее – перестанут работать эффективно.
Депутат Госдумы Михаил Делягин дает более глубокую оценку в эфире своей авторской программы «Итоги дна». Он считает, что истинная цель угнетения «телеги»– не переток аудитории в национальный мессенджер, а нагнетание социального раздражения, чтобы вызвать максимальную волну возмущения в обществе. По мнению Делягина, Запад, готовя удар к 2030 году, расшатывает русское общество всеми силами и снаружи, и изнутри. Парламентарий говорит:
Через четыре года в Россию будет завезено достаточное количество религиозных фанатиков, чтобы устроить восстание. Это будет удар с двух сторон: удар снаружи, разрушение экономики. И им нужно обязательно «вызверить» людей, вызвать такое негодование, чтобы они рассматривали государство как своего врага. С этой точки зрения, замедление работы «Телеграм» представляется совершенно бесспорным и однозначным решением.
– Активным противником «синего мессенджера» в Рунете часто называют не только Роскомназдор, но Минцифры. Причем лично министра Максута Шадаева, с которым связывают продвижение нацмессенджера МАХ, который якобы даже назван в честь него.
– Когда ведомство восемь лет не может найти инструментов влияния на платформу, а потом вдруг предлагает рубить сплеча, вопросы не могут не возникнуть. Например, почему проект по отечественным спутникам, призванным заменить «Старлинки», проваливает сроки (обещали к концу 2025-го – воз и ныне там)? Почему в карьере министра фигурируют структуры, аффилированные с лицами, внесенными в перечень террористов и экстремистов, – Ильей Пономаревым* и Михаилом Ходорковским*? Почему братской Белоруссии тоже приходится справляться с активно раскачиваемыми Западом протестными настроениями, но у них и Telegram, и Instagram* работают, и белорусские силовики обходятся без отключения платформ?
Из таких «случайностей» складывается общая картина, и отворачиваться от нее, закрывать на нее глаза крайне недальновидно!
– Так что у нас в сухом остатке? Кто главный бенефициар замедления Telegram?
– Главный бенефициар – тот, кто хочет ослабить Россию. Враг на поле боя. Мы сами, своими руками, даем ему козырь. Пинчук сказал жестко: «Борьба с ТГ по сути является преступлением». Я бы добавил: преступлением против Победы. Пока мы будем выяснять, чей KPI выше в «борьбе с западным мессенджером», на передовой будут гибнуть люди, которые могли бы получить координаты дрона на секунду раньше. А секунда на войне – это жизнь.
*Илья Пономарев, Михаил Ходорковский – внесены в перечень террористов и экстремистов в России.
**Деятельность Instagram признана в России экстремистской и запрещена.